, , ,

16 Jul, 2015

Israeli-made air-to-air missile may have downed MH17 – report

A report on Malaysian Airlines MH17 air disaster in Ukraine last year by a group of old-hand aviation security experts maintains that the Boeing might have been downed by an Israeli Python air-to-air missile.

The report was leaked via the private LiveJournal account of Albert Naryshkin (aka albert_lex) late on Tuesday and has already been widely discussed by social media communities in Russia.

The authors of the investigative report have calculated the possible detonation initiation point of the missile that hit the passenger aircraft and approximate number and weight of strike elements, which in turn designated the type and presumed manufacturer of the weapon.

Malaysian Airline Boeing 777-200 performing flight MH17 from Amsterdam to Kuala Lumpur on July 17, 2014, crashed on the territory of Ukraine near the village of Grabovo, killing all 283 passengers and 15 crewmembers aboard.

The aircraft disintegrated in the air and the debris of MH17 were scattered across an area of about 50 sq. km.

The external view of MH17 hull pieces indicates that “fragments of the pilots’ cockpit have suffered specific damages in the form of localized puncture holes and surface dents typical for hypervelocity impacts with compact and hard objects,” the report says, stressing that similar damage could be found on the inner side of the cockpit.

The report specifically points out that chips of the body coat around the holes in the fragment are typical of wave effects created by hypervelocity impacts.

Some damage, though larger and less clustered, could be found near the air-scoop of the left-wing engine of the aircraft.

The nature of the damage allows for the identification of the source as a high-explosive fragmentation warhead from a modern anti-aircraft weapon, claims the report.

Apart from the large puncture holes, the debris of the nose and the cockpit of the aircraft bear a large number of scattered micro-craters resulting from the impact of high-velocity dust and tiny debris, such as an unburnt blasting agent and elements of the ordnance that accompany a shock wave from a blast that occurred very close to the target. In the case of MH17, the pilots’ cockpit.

The report says that as a rule, the initial speed of the striking elements of modern anti-aircraft weapons vary between 1,500 and 2,500 meters per second.

Altogether, the experts considered photos of five fragments of the cockpit and left port of the flight MH17, on which they counted some 230 “battle-damage” holes and punctures.

All this considered, the experts claim that the exact zone of the blast impact could be established with a fair degree of accuracy.

The warhead of the missile exploded very close to the cockpit, to its left side at a distance of 0.8-1.6 meters from the cockpit windows, exactly opposite the sliding window of the aircraft commander.

The dimensions and character of the puncture holes left by the strike elements allegedly allow their size and form factor to be established, which in its turn makes it possible to identify the type of weapon used in a particular case.

The cross dimension of absolute majority, 86 percent, of the 186 hull holes studied by experts measure between 6 and 13mm, with explicit maximum of them having cross dimension of 8mm.

This fact brought the expert group to a conclusion about the size of the strike elements of the warhead. If the warhead had been armed with two types of strike elements, the majority of the holes would have been of two types, the reports notes.

The strike element has been established of being a rectangular block measured 8mm x 8mm x 6mm, with margin of error of 0.5 mm, a high probability it was made of steel and an estimated weight of 3 grams each. The total number of such elements should have varied between 2,000 and 4,000.

The bulk of the strike elements are estimated between 4.88 – 14.8 kilograms.

The report confutes the argument of Russia’s Almaz-Antey military concern that early claimed that “intricate shape” double-t steel fragments, similar to those used in warheads of surface-to-air Buk missile systems, have been extracted from the debris of MH17 flight.

Howwever, the double-t strike elements of a Buk missile weigh 8.1 grams, more than twice as much as a single damage fragment among those that pierced MH17’s hull. Thus, according to the report, the hypothesis about a Buk missile system being involved in the crash is “most probably incorrect.”

With 95 percent probability, the group of experts estimates the weight of the missile’s warhead (explosives plus strike elements) that shot down MH17 of being between 10 and 40kg.

This led the experts to determine the exact type of the weapon used against Malaysian Airlines flight MH17.

The report says that that Soviet- and Russian-made surface-to-air missile systems use more powerful warheads than the established maximum 40kg, as is the case with MH17.

Moreover, Soviet- and Russian-made air-to-air missiles which have a similar 10-40kg warhead capability use other types of strike elements within one warhead – obviously not the case with MH17.

A whole range of existing foreign air-to-air missiles have corresponding warhead characteristics, yet lack of physical elements of the missile used against MH17 prevented experts from establishing the exact type of the weapon used.

Still, the circumstances and conditions of the assault allowed experts to make certain assumptions.

The missile that attacked MH17 had a passive radar homing head, which explains why the missile exploded so close to the cockpit. Under the radar-transparent nosecone of a Boeing 777-200 there is a surveillance radar station operable during the flight, so most likely the missile homed on to this radar as the target.

Apart from a radar homing head, the missile could also be equipped with an advanced, matrix type, imaging IR seeker, which enables the missile to determine the size and the type of the target and choose for attack its most vital element. For a huge Boeing aircraft, that’s the cockpit.

A simulation of the missile attack has proved that missiles with that type of guidance choose to attack a big passenger plane from the front hemisphere.

There are four air-to-air missiles that fit the description established by the experts, namely: French Magis-2, Israeli Shafrir, American AIM-9 and Israeli Python – all short-range.

The first three have been struck off the list for various reasons, including type of warhead or guidance system specifications. The Python deserved a closer look.

The Python is equipped with a matrix-imaging IR seeker. It enables a relatively moderate power warhead to effectively engage big aircrafts. The warhead is armed with a set of ready strike elements. Even more importantly, some open military sources suggest that in early 2000s a number of Sukhoi Su-25 assault fighter jets we refurbished to use fourth and fifth generation Python missiles, which look very similar to the Su-25’s standard air-to-air R-60 missile.

The unofficial report leaked in LiveJournal has become yet another one among many other unofficial versions presented over the year that has passed since the catastrophe occurred on July 17, 2014.

The Dutch Safety Board that has been heading an international investigation into the cause of the crash is due to release its official report in October.

za: http://www.rt.com/news/310039-mh17-israeli-missile-version/


17 июля

Боинг – Годовщина

Между версиями концерна ПВО „Алмаз-Антей” и Министерства обороны России нет противоречий

Вот и наступила годовщина страшной трагедии в небе над Донбассом. 17 июля прошлого года ракетным ударом там был сбит пассажирский Boeing 777 «Малайзийских авиалиний», следовавший рейсом MH17 из Антверпена в Куала-Лумпур. На борту лайнера было 298 человек. Все они погибли.

Сразу же после катастрофы была создана международная следственная группа, в которую вошли специалисты из Австралии, Бельгии, Малайзии, Нидерландов, США, России и Украины, но до сих пор никаких реальных результатов своей работы она не огласила, не назвала виновных в этом чудовищном преступлении. И столь долгая задержка с обнародованием сведений об авиационной катастрофе в небе над Незалежной вызывает определенные сомнения в объективности и неангажированности расследования. Тем более что на второй день после гибели малайзийского пассажирского самолета, когда не существовало никаких официальных данных о причинах беды, постигшей рейс МН17, президент США Барак Обама уже объявил виновными в этой трагедии донецких сепаратистов и поддерживающую их Россию.


Складывается впечатление, что специалисты, расследующие в Голландии катастрофу малайзийского Boeing, пытаются найти неопровержимые доказательства в пользу версии, обнародованной лидером США, но пока у них ничего реального не получается.

Под обвинение донецких ополченцев и Москвы нет серьезных и весомых фактов. А с американскими домыслами, стремлением выдать желаемое за действительное в суд не пойдешь. Даже в благосклонный к Вашингтону Гаагский. Тем более в достаточно объективный – ооновский. Предположение о подобной позиции международной следовательской группы крепнет еще и потому, что, к примеру, причины катастрофы аэробуса А-320-211 немецкой бюджетной авиакомпании Germanwings со 144 пассажирами и 6 членами экипажа на борту, разбившегося 24 марта нынешнего года во французских Альпах между городами Динь-ле-Бен и Барселоннет, были официально озвучены уже 26 марта. А прокурор Фред Вестербеке, возглавляющий в Амстердаме комиссию по расследованию катастрофы рейса МН17, даже за пару недель до годовщины трагедии с малайзийским Boeing утверждает, что «специалисты по-прежнему рассматривают различные варианты трагедии, однако доказательства того, что самолет был сбит из комплекса «Бук», гораздо сильнее».

«Мы изучаем, каким типом ракеты и откуда был сбит самолет, – говорит Вестербеке. – Мы консультируемся со специалистами в области систем вооружения по всему миру». «Сценарии катастрофы, которые выдвигаются различными источниками, в том числе российским Министерством обороны, должны быть тщательно изучены», – сообщает он. И дальше: «Информация, которая указывает в другом направлении, также тщательно собирается и проверяется, потому что в суде мы должны будем доказать не только одну версию событий, но и последовательно опровергнуть все другие теории». При этом господин Вестербеке подчеркивает, что «важным источником информации для нас является большое количество перехваченных телефонных звонков». И, прошу обратить на это признание особое внимание, «мы получаем важную информацию через сайты, блоги, форумы и социальные медиа».

Получается так, что в основу выводов следственной группы ляжет в том числе и, не хочу никого обижать, «интернетный мусор» – различные сайты, блоги, форумы, социальные медиа, а не реальные документы и вещественные доказательства. Например, записи «черных ящиков» разбившегося Boeing, переговоры между диспетчерами киевского и днепропетровского авиаузла, которые вели рейс МН17 в небе над Донбассом, слова и крики, наконец молитвы экипажа погибшей машины, которые не могли не видеть атакующую их ракету. Ни слова не говорят в Амстердаме и о выводах специалистов концерна ПВО «Алмаз-Антей», которые убедительно, с расчетами, инженерными выкладками и подробными картами-схемами недавно доказали, что удар по малайзийскому самолету был нанесен ракетой 9М38М1, которую выпустил по лайнеру именно зенитный ракетный комплекс «Бук-М1».

Игнорируют, по всей видимости, в Амстердаме и сообщение бывшего украинского военнослужащего Евгения Агапова, который сообщил российским следователям, что был свидетелем того, как 17 июля прошлого года, в день, когда погиб Boeing, на аэродром вернулся, израсходовав весь свой боезапас, пилот штурмовика ВВС Украины Су-25 капитан Владислав Волошин и сказал, что «самолет оказался не в то время и не в том месте». Помалкивают сейчас международные следователи и о докладе российских генералов, которые зафиксировали на снимках из космоса и по данными объективного радиотехнического контроля 17 июля 2014 года в районе населенного пункта Зарощенское Донецкой области повышенную активность девяти украинских РЛС 9С18 «Купол-М1», которые входят в зенитный ракетный комплекс «Бук-М1», и батарею этих ЗРК, а также украинский штурмовик Су-25, который находился в воздухе в момент пролета над этой территорией малайзийского лайнера Boeing 777. Вопрос, что делали на линии разграничения украинских войск и отрядов ополченцев, у которых нет самолетов и вертолетов, зенитчики вооруженных сил Украины, тоже остается без ответа. Как и многие другие.

Это тем более удивительно еще и потому, что ополченцы даже продемонстрировали международной общественности секретную карту украинских военных, на которой была обозначена боевая позиция этой самой зенитно-ракетной батареи «Бук-М1» у поселка Зарощенское именно в день катастрофы рейса МН17.

И потому для многих людей, следящих за расследованием этой трагедии, не стали сюрпризом слова заместителя главы Росавиации Олега Сторчевого, который заявил по поводу присланного на днях в Москву предварительного (чернового) окончательного доклада следственной комиссии по расследованию катастрофы Boeing 777 «Малайзийских авиалиний», что «пока вопросов к докладу больше, чем ответов».


А между тем версия трагедии, которая постигла малайзийский Boeing 777, представленная на пресс-конференции в Москве специалистами концерна ПВО «Алмаз-Антей», звучит очень убедительно. Тем более что она подкреплена неопровержимыми документами и техническими расчетами. Генеральный директор фирмы Ян Новиков и советник генерального конструктора концерна Михаил Малышевский сделали вывод, что лайнер был сбит зенитной управляемой ракетой типа 9М38М или 9М38М1 с боевой частью типа 9М314 или 9М314М1, выпущенной из ЗРК «Бук-М1». Этого комплекса и этих ракет нет у России, они есть только на Украине.

Эксперты считают, что ракету по лайнеру выпустили из района поселка Зарощенское Донецкой области, где на тот момент, что подтверждают данные Минобороны России, стояла батарея ЗРК «Бук-М1» украинской армии, и готовы доказать это даже при помощи эксперимента. В российском концерне опровергли появившиеся ранее в прессе заявления, что ракета была якобы выпущена из района населенного пункта Снежное Донецкой области, где летом прошлого года базировались ополченцы. «Наиболее характерные повреждения… позволили сделать вывод, что причиной падения самолета было воздействие зенитной управляемой ракеты», – заявил Михаил Малышевский. При этом, сообщил Ян Новиков, материалы, представленные в ходе презентации выводов по расследованию крушения малайзийского лайнера, были переданы концерну не кем иным, а голландской стороной.

Виновник ужасной катастрофы до сих пор не назван. Фото Reuters
Виновник ужасной катастрофы до сих пор не назван. Фото Reuters
Советник генерального конструктора, представляя доклад, посвященный расследованию трагедии Boeing 777, обратил внимание журналистов, что на обшивке разбившегося самолета были обнаружены следы поражения зенитной управляемой ракетой 9М38М1 комплекса ПВО «Бук-М1», имеющей характерный разлет осколков. «Главная особенность ракеты 9М38М1 – формирование особой области, которая имеет форму «двутавра», перпендикулярно движению ракеты, это более 40% осколочной массы. Эта особенность была специально спроектирована», – пояснил он. По словам Малышевского, именно следы и отпечатки «скальпеля», обнаруженные на обшивке самолета, и позволили с высокой степенью вероятности определить траекторию подхода ракеты к лайнеру.

«Наиболее важной частью работы явилось определение направления движения повреждающих элементов. Все повреждающие элементы двигались вдоль корпуса самолета, от носа к хвостовому оперению», – отметил специалист. Эксперты выяснили, что ракета, сбившая Boeing, двигалась с пересечением его курса и разорвалась в 3–4 метрах от внешней обшивки лайнера, ближе к левой стороне кабины пилотов. Об этом свидетельствуют фотографии, которые были показаны на пресс-конференции. Малышевский подчеркнул, что эти снимки также фигурировали в предварительном отчете международной комиссии и «являлись одним из свидетельств того, что самолет был сбит высокоскоростными поражающими элементами ракеты».

Советник генконструктора «Алмаз-Антея» подчеркнул, что спустя несколько дней после катастрофы безапелляционно утверждалось, что самолет сбили из комплекса «Бук» из поселка Снежное. «Но на тот момент ни один эксперт не побывал на месте крушения самолета», – замечает Михаил Малышевский. Он утверждает, что при поражении лайнера ракетой, запущенной из Снежного, была бы отсечена вся носовая часть самолета вместе с кабиной пилота. А «угол подлета ракеты к Boeing в горизонтальной плоскости составлял 72–76 градусов по отношению к курсу самолета. В вертикальной плоскости – 20–22 градуса. Только при таком положении самолета и ракеты объясняются все повреждения, полученные рейсом МН-17. И лишь при такой ориентации «скальпеля» в пространстве». «По углу подхода ракеты к самолету и на основе анализа других данных наиболее вероятная точка запуска ракеты находится к югу от населенного пункта Зарощенское», – утверждает эксперт концерна ПВО.

К югу от населенного пункта Зарощенское Донецкой области в момент крушения самолета, что подтверждено российскими снимками из космоса, находились части украинской армии. При этом американская сторона, выдвинувшая обвинение против ополченцев, своих спутниковых снимков до сих пор не представила. А по сведениям Минобороны России, в момент трагедии малайзийского Boeing над районом катастрофы находилось два спутника оптико-электронной разведки США. «Трудно представить, чтобы американская сторона пропустила этот пуск», – отметил гендиректор «Алмаз-Антея» Ян Новиков. «Комментировать, почему эти данные не использованы, не переданы расследованию, мы не можем, хотя это поставило бы точку в вопросе, кто виноват», – сказал он.

Но мы с читателями, безусловно, можем догадаться, почему это не сделано. Не исключено, по той причине, о которой говорилось в начале этого материала. Снимки американского спутника доказали бы невиновность в трагедии рейса МН17 ополченцев и прямо указали на причастных к ней украинских зенитчиков. А это в планы Вашингтона не входит.


Между тем существует и еще одна версия катастрофы малайзийского Boeing, о которой говорили практически еще год назад представители Минобороны России – начальник Главного оперативного управления Генерального штаба генерал-лейтенант Андрей Картаполов и начальник главного штаба ВВС генерал-лейтенант Игорь Макушев. Они утверждали, что, по данным Ростовского зонального центра Единой системы организации воздушного движения, 17 июля в воздухе над Донбассом, в то время когда там пролетал малайзийский Boeing 777 рейсом МН17, рядом с ним, на расстоянии 3–5 км в 17 часов 21 минуту находился украинский военный самолет. По всем данным – штурмовик Су-25. При этом по своим тактико-техническим характеристикам Су-25 способен кратковременно достигать высоты в 10 тыс. м. В состав его штатного вооружения входит ракета класса «воздух–воздух» Р-60, способная захватывать и поражать цель на удалении до 12 км, а гарантированно на дальности до 5 км. Он барражировал в этом районе и после крушения пассажирского лайнера.

Сведения, озвученные российскими генералами о присутствии украинского штурмовика Су-25 в районе катастрофы малайзийского самолета, полностью корреспондируются с признанием бывшего украинского военнослужащего Евгения Агапова, который проходил службу в должности механика в украинских ВВС, воинская часть А4465. Он, как известно, сообщил журналистам «Комсомольской правды», а затем и российским следователям, что был свидетелем того, как 17 июля прошлого года, в день, когда погиб Boeing, на аэродром вернулся, израсходовав весь свой боезапас, пилот штурмовика ВВС Украины Су-25 капитан Владислав Волошин и сказал, что «самолет оказался не в то время и не в том месте».

Официальный представитель Следственного комитета Владимир Маркин сообщил, что украинскому свидетелю на территории России была обеспечена государственная защита, под которой он продолжает оставаться. По словам Маркина, показания гражданина Украины были тщательно проверены следователями, в том числе на полиграфе. А имя и фамилию его рассекретили из-за того, что в последнее время появляются все новые доказательства достоверности его слов, «а также с учетом различных вбросов, касающихся сомнений отдельных ангажированных СМИ в реальном существовании этого человека».

Но когда сопоставляешь две версии – специалистов концерна ПВО «Алмаз-Антей», которые, кстати, не отрицают присутствия штурмовика Су-25 в непосредственной близости от рейса МН17, и версию российских генералов, которые прямо намекают на то, что украинский самолет мог произвести пуски своих ракет «воздух–воздух» по малайзийскому самолету (а пробоины от ракеты Р-60 тоже были обнаружены в корпусе Boeing), находишь подтверждение этих слов в свидетельстве Евгения Агапова, то не может не возникнуть вопрос: как стыкуются между собой эти на первый взгляд две противоположные версии?

Но, как ни странно, они совсем не противоречат друг другу, а только дополняют. Как?


Для того чтобы ответить на этот вопрос, вспомним историю сбитого в октябре 2001 года над Черным морем украинскими зенитчиками российского самолета Ту-154М, следовавшего рейсом SBI 1812 из Тель-Авива в Новосибирск. В той катастрофе погибли 66 пассажиров и 12 членов экипажа. Киев, кстати, до сих пор не признал свою вину, хотя ее подтвердили и суды самых различных инстанций.

А произошло вот что. На полигоне в районе Феодосии украинские войска ПВО проводили учения. По условиям одного из упражнений они должны были поразить комплексом С-200 учебную цель, которая летела на высоте около 10 тыс. м. Но, как оказалось, в это же время на высоте в 11 тыс. м и в 200 км юго-западнее Сочи пролегала трасса российского самолета Ту-154М авиакомпании «Сибирь», который следовал из израильского аэропорта им. Давида Бен-Гуриона в аэропорт Толмачево Новосибирска. Двухступенчатая управляемая ракета зенитного ракетного комплекса сверхдальнего радиуса действия С-200 под индексом В-400 или 5В11, не исключено и 5В28, имеющая полуактивную головку самонаведения, подлетая к цели, самостоятельно перенацелилась с ракеты-мишени на пассажирский самолет, чья отражающая поверхность (другими словами, габариты) была гораздо крупнее, чем размеры мишени.

Нельзя исключить, говорят знакомые мне эксперты, что 17 июля 2015 года расчеты зенитно-ракетных войск ПВО Украины были развернуты на линии соприкосновения с позициями ополченцев, для того чтобы перехватывать российские боевые самолеты, которые, по утверждениям Киева, оказывали помощь ополченцам (об этом заявлял небезызвестный тогдашний министр обороны Незалежной генерал-полковник Гелетей. – В.Л.). Сбить такой самолет, на конкретных фактах доказать всему миру причастность России к событиям на юго-востоке Украины стало идеей фикс для местных военачальников. Катастрофа малайзийского Boeing, предполагают эксперты, тоже могла замышляться как провокация против России. Если бы лайнер упал на нашей территории, всю вину за катастрофу, все огромные выплаты семьям погибших пришлось бы взять на себя Москве. По международным правилам, платит тот, на чьей земле разбился самолет.

Штурмовик Су-25 под управлением капитана Волошина, как считают некоторые специалисты, был послан командованием ВВС Украины в район населенного пункта Зарощенское как раз для того, чтобы нанести удар по малайзийскому самолету. Но поскольку ракета Р-60, как и пушки штурмовика ГШ-30, сразу «свалить» такую огромную цель, как Boeing 777, вряд ли могли, то в Киеве надеялись, что с поврежденным фюзеляжем он должен был дотянуть до российской территории. До нее оставалось не больше 200–250 км.

Украинские зенитчики, предполагают эксперты, приняли свой самолет Су-25 за российский. С автоответчиком «свой–чужой» у них сейчас тоже большие проблемы. Но самонаводящаяся боеголовка ракеты 9М38М1 зенитного ракетного комплекса «Бук-М1», подлетая к штурмовику, как и ракета комплекса С-200 в октябре 2001 года, вдруг развернулась на более крупную и «интересную» для нее цель – на пассажирский Boeing 777. Рейс МН17 получил пробоины от ракеты Р-60, а окончательно добила его ракета ЗРК «Бук-М1».

Так это или не так, должна ответить международная следственная группа, работающая в Амстердаме. По крайней мере у нее есть записи «черных ящиков», стенограмма переговоров диспетчеров, а также реакция экипажа на обстрел лайнера ракетами. В том числе и на появление возле Boeing 777 украинского штурмовика. Не видеть его они не могли. Как не могли не заметить его на своих экранах киевские и днепропетровские авиадиспетчеры. Но опять же никто не знает, проводились ли голландцами их допросы и допросы капитана Волошина, ответов на эти вопросы нет. И мы ничего об этих задокументированных свидетельствах тоже не знаем. Слышим только то, что капля по капле удосуживаются сообщить нам следователи. Да и то очень неубедительно.

Потому и рождаются все новые и новые версии происшедшей год назад катастрофы. Пока очевидно одно – Москва и ополченцы никакого отношения к ней не имеют. Отвечать за все, что случилось 17 июля 2014 года в небе над Донбассом, придется Киеву. Как и за все то, что произошло и происходит на юго-востоке Украины.

za: http://colonelcassad.livejournal.com/2289352.html



Бывший полковник ВСУ считает, что малазийский «Боинг» был сбит МиГ-29